VPN за госсчет: заблокируют или нет?

В то время как обычные пользователи обсуждают блокировки интернета, государственные органы активно развивают свою цифровую инфраструктуру. Регионы России намерены выделить примерно 300 миллионов рублей на покупку VPN-сервисов.

Эта ситуация вызвала недоумение у депутатов Государственной думы. «Для чиновников — одни правила, для народа — другие», — заявили они, требуя от Министерства цифрового развития объяснить политику ограничения VPN. По их мнению, это «критически важный вопрос», затрагивающий миллионы граждан и целые сектора экономики.

Депутат Обухов обратил внимание на противоречие: власти проводят тендеры на закупку VPN для госучреждений, признавая их полезность, но при этом отказывают гражданам в праве использовать такие технологии, ссылаясь на соображения безопасности.

На первый взгляд, это парадокс. Технология, часто применяемая для обхода ограничений, оказывается нужна самому государству. Однако при ближайшем рассмотрении становится ясно, что речь идет о разных типах VPN и различных задачах.

С начала 2026 года региональные администрации объявили серию тендеров на приобретение VPN-услуг. Формально они предназначены для систем оповещения населения и обеспечения работы государственных учреждений.

Технические условия у этих закупок схожи: требуется пропускная способность канала свыше 100 Мбит/с, что указывает на инфраструктурный масштаб, а не на бытовое использование.

Наибольшие расходы запланированы в Тюменской области — более 200 миллионов рублей. За ней следуют Мурманская, Саратовская и Свердловская области, где готовы потратить свыше 10 миллионов рублей каждая. География закупок обширна: от Башкирии до Калининграда, от Архангельска до Пермского края.

Это свидетельствует о скоординированной и масштабной цифровой инициативе, а не о разовых приобретениях.

Генеральный директор Института исследований интернета Карен Казарьян предлагает четко разделить понятия. Он подчеркивает, что в данном случае речь не о бытовых VPN, а о продуктах для организации безопасного удаленного и корпоративного доступа, которые используются в крупных организациях.

По словам эксперта, VPN является базовой интернет-технологией. Когда необходимо передавать данные между, например, региональной и городской администрацией, это делается по защищенному каналу.

Казарьян уточняет: если нет возможности проложить физическую сеть, применяется шифрованное соединение, которое и называется VPN. Он также отмечает, что в России распространены собственные сертифицированные решения, не имеющие отношения к обходу блокировок, хотя технически основаны на той же технологии.

IT-аналитик Андрей Ярных развивает эту тему, акцентируя внимание на двух различных типах VPN. С одной стороны, это инструмент безопасности, который защищает трафик от злоумышленников. С другой — существуют сервисы, игнорирующие законодательство.

Ярных объясняет: легальные VPN работают с учетом списков запрещенных ресурсов и не нарушают правил. Нелегальные же могут использоваться для обхода блокировок и противоправной деятельности.

Эксперт признает, что на практике возможны технические сложности. Системы фильтрации трафика, настроенные слишком широко, могут случайно блокировать и легальные VPN. Это, по его словам, вопрос «тонкой настройки», который требует баланса от регуляторов и специалистов.

Таким образом, эксперты сходятся во мнении, что в госзакупках VPN-сервисов нет ничего предосудительного. Такие «хорошие VPN», приобретаемые государством, не должны попадать под блокировки, как текущие, так и будущие.