Стресс молодежи: как на тревожности строят бизнес
Ощущение, что ты одинок в своей неудачливости, заставляет молодых людей искать способы решения проблемы.
Распространенное представление о молодежи как о стрессоустойчивом и жизнерадостном поколении опровергается опросом ВЦИОМ. Согласно исследованию, молодые люди страдают от регулярного нервного напряжения в четыре раза чаще, чем представители старших возрастов. Общий уровень стресса в стране достиг рекордных показателей.
За три года доля россиян, регулярно испытывающих стресс, по данным ВЦИОМ, резко увеличилась с 26% до 37%. Одновременно сократилось число тех, кто не чувствует эмоционального напряжения — с 42% до 35%. Эксперты называют эту динамику тревожным сигналом, указывающим на ухудшение психического благополучия миллионов граждан. Фактически в России наблюдается эпидемия стресса.
Каждый второй человек в возрасте от 25 до 33 лет сталкивается со стрессом чаще двух раз в месяц. Эта ситуация резко контрастирует с положением старшего поколения, для которого столь регулярные переживания нехарактерны.
Психолог Максим Марков видит причину проблемы в современном информационном поле: «Молодежь действительно испытывает значительный стресс из-за высоких стандартов жизни, транслируемых лидерами общественного мнения. Иллюзия „успешного успеха“ — что все зарабатывают миллионы, непрерывно путешествуют, состоят в лучших отношениях и вообще победили эту жизнь — создает ощущение, что ты один неудачник», — объясняет психолог.
Марков указывает, что хронический стресс представляет собой серьезную проблему не только для отдельных людей, но и для общества в целом, а также для экономики.
«Тревожные расстройства, панические атаки, нервные срывы, нарушения сна, функциональный алкоголизм и многие другие последствия фонового стресса стали абсолютно привычными вещами. Среди клиентов психологов, психотерапевтов огромное количество молодых людей, количество тех, кто на регулярной основе принимает антидепрессанты, неуклонно растет», — говорит психолог.
Психолог Ольга Грудинина (Пропубертат) предлагает более философское объяснение. Она отмечает, что старшее поколение существовало в системе, где «смысл был встроен автоматически». Любое действие, будь то уборка дома или сдача металлолома, воспринималось как вклад в общее благо. Даже если это было отчасти иллюзией, люди чувствовали себя нужными, а их труд считался важным, поясняет Грудинина.
Современная молодежь живет в совершенно иных условиях.
«Сегодня можно работать честно, много и не видеть результата. Учиться годами и получать профессию, которая никому не нужна. Стараться и всё равно проигрывать алгоритмам, чужим возможностям или просто случайности», — отмечает психолог.
Когда прямая связь между усилием и результатом нарушается, психологическая устойчивость падает. Психика не справляется, потому что «непонятно, ради чего терпеть». В результате жизнь кажется хаотичной, а смысл распадается, что и приводит к высокому уровню стресса, объясняет психолог.
Схожая картина наблюдается в личных отношениях. Если ранее семья часто служила экономической опорой, то теперь партнерство строится на эмоциональной поддержке, эмпатии и умении вести диалог — навыках, которым массово не обучали. Молодые люди ищут близости, но нередко сталкиваются с травмами партнеров и общей неопределенностью.
«И наша задача — не требовать от молодежи стойкости, а помогать возвращать смысл. Речь о том, что мы говорим про смыслы сами, а не рассказываем детям, что надо делать», — резюмирует Грудинина.
Маркетолог-стратег и основатель агентства STRATMARK Виктория Шатнева (Пак) отмечает, что борьба со стрессом превратилась в доходный рыночный продукт. Покупается все, что сулит спокойствие, — от недорогой психотерапии с использованием искусственного интеллекта до премиальных ретритов. Отдельную нишу занимает эзотерика.
«Главный риск для молодых — переход хронического стресса в апатию и выученную беспомощность. Закономерной реакцией на этот перманентный стресс стала коммерциализация заботы о себе. Вот рынок и фиксирует взрывной рост подписок на медитативные сервисы и спрос на психологов. Примечательно, что параллельно набирает обороты и „магический“ сегмент — гадания, таро, астрология. Это не суеверие, а попытка вернуть себе иллюзию контроля и предсказуемости в мире, который таковой не демонстрирует».
