ЕГЭ-2026: как изменится экзамен и прием в вузы

Приемная кампания в российские вузы в 2026 году завершилась, но оставила после себя больше вопросов, чем ответов. С одной стороны, государство фиксирует значительный рост интереса к инженерным, естественно-научным и технологическим специальностям. По данным вице-премьера Дмитрия Чернышенко, всего было подано около 1,2 миллиона заявлений, что на 21% больше, чем годом ранее, а 94% абитуриентов воспользовались сервисом «Поступление в вуз онлайн». С другой — итоги кампании вновь вскрыли давние противоречия вокруг ЕГЭ: достаточен ли он для справедливого отбора, нужно ли учитывать аттестат и не слишком ли велика роль олимпиад.

На фоне общего роста заявлений заметно изменились предпочтения абитуриентов. По словам главы Минобрнауки Валерия Фалькова, направление «Строительство» впервые вытеснило «рекламу и PR» из топ-10 популярных специальностей. Резко вырос спрос на физику и инженерные направления. Так, на фундаментальную и прикладную физику заявлений стало в 2,5 раза больше, на самолето- и вертолетостроение — вдвое, а на ядерные реакторы, строительство железных дорог, мостов и транспортных тоннелей, а также градостроительство — в 1,8 раза. Биоинженерия и биоинформатика прибавили 70%. Почти 36% выпускников выбрали для сдачи ЕГЭ естественно-научные предметы.

Если чиновники видят в этих данных лишь смену образовательного спроса, то эксперты обращают внимание на то, насколько сама система отбора готова к таким переменам. Острая проблема возникла в 12 вузах страны, где не хватило бюджетных мест для абитуриентов с максимальными баллами. Число стобалльников в этом году выросло на две тысячи, а победителей и призеров олимпиад стало на 360 больше. Зампредседателя Комитета Госдумы по науке и высшему образованию Олег Смолин сообщил, что осенью парламентарии планируют обсудить эту ситуацию с Минобрнауки, однако выделение дополнительных мест пока невозможно из-за подзаконных актов.

Всего государство предоставило 620 481 бюджетное место, из которых 446,7 тысячи — для бакалавриата и специалитета, причем 73% из них приходится на региональные вузы. Смолин уточнил, что дефицит мест затрагивает примерно 1,5% от общего числа, но в топовых университетах конкуренция достигает пика. Например, на факультет искусственного интеллекта МГУ претендовали 2547 человек при 20 бюджетных местах, то есть 127 абитуриентов на место. На экономическом факультете конкурс составил 34 человека на место, а на мехмате — около 19.

На фоне этих событий профессор Сергей Комков, доктор педагогических наук, предлагает радикальные изменения. Он утверждает, что нынешняя модель поступления чрезмерно зациклена на нескольких результатах ЕГЭ, а школьный аттестат перестал восприниматься как самостоятельный критерий подготовки. «Мы девальвировали полностью аттестат о среднем образовании», — заявил он в интервью MSK1.RU. По его мнению, при таком перекосе выпускник получает высокие баллы по 2–3 профильным предметам, но при этом слабые знания по остальным дисциплинам. Проблема начинается в средней школе, где подготовка к стандартизированному экзамену зачастую оказывается важнее полноценного обучения.

«Нам надо в первую очередь вернуть нормальное обучение в средней школе. И для этого нужно, чтобы в школе не натаскивание на ЕГЭ шло, а шло нормальное школьное преподавание по всем предметам», — подчеркивает Комков. Поэтому он предлагает изменить конструкцию поступления: сделать основными критериями вступительные экзамены и средний балл аттестата за весь курс средней школы.

Противоположную позицию занимает академик Российской академии образования Евгений Ямбург. Он считает, что результаты приемной кампании не должны служить поводом для демонтажа ЕГЭ. «Вообще, образованием нельзя управлять, как неумелый шофер: газ — тормоз, снесет вообще в кювет», — говорит он. Ямбург напоминает, что главное преимущество ЕГЭ — независимая оценка знаний. Кроме того, абитуриент может подавать документы сразу в пять вузов на пять специальностей, не проходя отдельные вступительные экзамены в каждом. При этом Ямбург признается, что как гуманитарий изначально относился к ЕГЭ критически, но со временем экзамен изменился: в гуманитарных дисциплинах появились задания, требующие развернутых ответов и эссе, что заставляет школьников видеть связи между литературой, историей и культурой.

Что касается олимпиадников, Ямбург не считает их «лазейкой» для поступления. По его мнению, победа на олимпиаде — это особый уровень подготовки, подтвержденный успехами на международном уровне. Он призывает не устраивать революцию в образовании, а совершенствовать существующую систему ЕГЭ.

Итак, две экспертное видения будущего ЕГЭ расходятся кардинально. Комков настаивает на том, чтобы вернуть школе нормальное преподавание и сделать аттестат полноценным критерием, а Ямбург предостерегает от резких решений и предлагает продолжать плавное реформирование. Какой путь выберут чиновники, станет ясно уже в ближайшее время.