Почему урожай-2026 не обрадует аграриев

Начало сельхозсезона-2026 в России выглядит обнадеживающе лишь на первый взгляд: посевные площади стабильны, прогнозы урожая на уровне прошлого года. Однако зарабатывать на зерне становится все труднее.

Главная трудность — накопленные с прошлого года почти 25 миллионов тонн зерна. Этот избыток давит на цены. Если его не продать до уборки, рынок столкнется с двойным давлением: старые запасы плюс новый урожай.

Кроме того, из-за непогоды в европейской части России посевная затянулась на несколько недель. Глава Минсельхоза Оксана Лут в конце апреля отмечала, что динамика ярового сева хуже прошлогодней. «Мы еще даже не посеяли, прогноза нет, но всё будет хорошо», — заверяла она. Также она добавила: «Отставание пока серьезное из-за плохой погоды. Но в этом нет ничего страшного, сезоны разные».

Яровой сев к концу апреля проведен на площади около 4 миллионов гектаров, что меньше прошлогоднего уровня из-за обильных осадков и холодов в центральной полосе, Поволжье и на юге. Однако есть и другие причины, почему урожай-2026 не станет рекордным.

Общая посевная площадь в России в 2026 году составит почти 80 миллионов гектаров (без учета новых территорий). Это практически столько же, сколько год назад, но чуть ниже рекордных значений начала десятилетия. По словам директора центра «Рексофт Консалтинг» Андрея Кучерова: «Зерновые и зернобобовые займут около 44–46 миллионов гектаров. Остальные площади распределены между масличными, кормовыми и техническими культурами (например, сахарной свеклой и льном)».

Особняком стоит рынок риса. Экспорт риса-сырца был запрещен с 2022 года после аварии на Федоровском гидроузле в Краснодарском крае — главном производителе риса в России. Запрет ежегодно продлевали, пока производство не восстановилось, а запасы не выросли до годового потребления. С января 2026 года экспорт риса-сырца разрешен, но с квотой всего 200 тысяч тонн и сроком на один год.

Вице-президент Российского зернового союза Александр Корбут считает прогнозирование нового урожая и цен неблагодарным делом из-за «иранского фактора», ограничений в международной торговле удобрениями и общей нестабильности логистических цепочек. Уже ясно, что старт сезона в июле не принесет сверхприбылей: цены вряд ли вырастут. Однако есть вероятность роста мировых цен на продовольствие во втором полугодии из-за удорожания ресурсов и снижения объемов производства у крупных игроков.

Как отмечает Корбут, на рынок давит рост стоимости удобрений и топлива. Погодные аномалии (Эль-Ниньо) могут существенно снизить урожай в Австралии и Индии, что подтолкнет мировые цены вверх. Но даже при росте мировых котировок российский аграрий рискует остаться с низкими доходами из-за системы регулирования: «Беда в том, что цены у нас не позволяют крестьянам заработать. Пусть высокая цена будет расти — плавающая пошлина будет снижать их доходы». Таким образом, новый сезон 2026/2027 обещает стать временем жесткой борьбы за рентабельность.

Президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский также считает 2026 год годом не прорыва, а выжидания. Он отмечает, что российские хлеборобы не сумели заработать на перебоях с поставками из-за ситуации в Персидском заливе: «Позитивной ситуации особой не наблюдается. Был мартовский всплеск по погрузкам и всплеск спроса. Сейчас тоже продолжается достаточно активная закупка, хотя не такая, как в марте. Но при этом цены не доросли даже до уровня мировых, я имею в виду цены даже до уровня прошлого сезона. У нас по весне зерно стоило — наша пшеница — 250 долларов в прошлом сезоне, а сейчас — 240».

Причина, по словам Злочевского, в том, что в мире много зерна: все страны увеличили посевные площади под пшеницей. Также в марте ослаб рубль, но потом курс укрепился, что сильно повлияло на цены. «Сельхозпроизводители сейчас на пшенице не зарабатывают, а теряют деньги. Они компенсируют, точнее, пытаются компенсировать эти потери за счет масличных и бобовых культур. С масличными еще получается. А вот с бобовыми в этом сезоне тоже не очень — цены обрушились из-за рекордного урожая. В первую очередь по сое».

Злочевский критикует запрет экспорта риса: «У нас к концу сезона 250 тысяч тонн риса на складах валяется. Некуда девать. Некоторые производители уже собираются сокращать площади под рисом. Куда его девать? Что с ним делать? Ну что его — сжигать, гноить? Внутренний рынок вполне насыщенный, и даже более чем насыщенный. Естественно, экспорт хоть как-то освободит рынок». Он надеется на рост цен на рис в мире из-за проблем с удобрениями у крупных производителей, например в Индии. А единственное, на чем аграрии могут заработать сегодня, по мнению Злочевского, — это экспорт подсолнечника и масличных.