Ученые как звезды: Китай платит, Россия теряет кадры

В крупнейших мегаполисах Китая на огромных рекламных экранах вместо поп-звезд и актеров теперь можно увидеть физиков, врачей и инженеров. Молодежи предлагают новый образ успеха: на билбордах размещают портреты выдающихся исследователей с призывом «Это настоящие главные звезды, за которыми нам следует следовать».

России также необходимо искать способы сделать науку привлекательной. Однако эксперты предупреждают: если ученый вынужден подрабатывать блогером, а выпускнику вуза выгоднее стать курьером, чем аспирантом, проблему не решить одним красивым плакатом.

«Китайцы озаботились этой проблемой, это очень хорошо, но для нас это своего рода урок, потому что у нас ситуация с резервом научных кадров еще более тяжелая», — сказал в интервью MSK1.RU профессор Александр Щербаков, доктор экономических наук, академик Межрегиональной академии труда и занятости. По его мнению, просто перенести китайскую идею с улиц Шанхая или Пекина на российские города вряд ли будет достаточно.

Наука часто представлена в публичном пространстве как нечто одновременно великое и абстрактное. «Развитие цивилизации», «инновационный потенциал», «фундаментальные исследования» звучат солидно, но молодому человеку не становится яснее, зачем ему лично идти в аспирантуру или работать в НИИ.

Научная карьера длинна: университет, аспирантура, исследования, публикации, гранты, постепенное продвижение. Если в итоге молодой специалист получает значительно меньше того, кто выбрал более быстрый путь заработка, престиж профессии начинает противоречить реальности.

Щербаков напоминает, что даже в годы застоя научная деятельность воспринималась как очень престижная и потому привлекательная.

«Может быть, не стоит возвращаться в те советские времена, может быть, найти какой-то другой подход. Но нужно заинтересовать молодежь именно в научной деятельности. Надо говорить о том, какой вклад ученые внесли в развитие общества, как важна наука для нашей каждодневной жизни», — рассуждает профессор Щербаков.

Кандидат медицинских наук и президент «Лиги защиты врачей» Семен Гальперин отмечает, что впервые за многие годы в аспирантуре появляются свободные места, хотя раньше поступление туда считалось серьезным достижением. В медицине аналогичная ситуация с ординатурой, куда не могут набрать молодых специалистов.

Неудивительно: молодой специалист заканчивает университет в окружении множества профессий с гораздо более быстрым финансовым результатом. Правда, точных данных о реальных зарплатах молодых ученых в России нет. Разные сайты дают противоречивые цифры: портал Quick Offer указывает коридор 40–70 тысяч рублей, а Dream Job — 60–120 тысяч и среднюю зарплату 93 тысячи. И даже в это верится с трудом.

Современному ученому все чаще приходится зарабатывать не только наукой, говорит Гальперин. Даже известные исследователи вынуждены искать дополнительные источники дохода: вести блоги, выступать, участвовать в передачах. В некоторых случаях им приходится самим искать деньги на свои проекты, поскольку получение грантов превращается в сложный квест.

Получается абсурд: чтобы продолжать исследования, ученому приходится тратить время на деятельность вокруг науки.

При этом проблема, по словам Гальперина, не сводится только к низким зарплатам. Вопрос также в том, как устроена система поддержки науки и кто принимает решения о распределении денег.

Средства на крупные проекты выделяются, однако профессиональное сообщество, по словам Гальперина, не всегда достаточно участвует в принятии решений и редко с ним советуется.

Настоящая научная среда возникает не из пятилетней программы и не из красивой презентации. Она формируется годами, если не десятилетиями: когда молодой исследователь видит рядом сильного руководителя, понимает, что его работа кому-то нужна, получает возможность ошибаться и пробовать снова.

Так что можно, конечно, сделать ученого «звездой», как в Китае. Но если за этой «звездой» стоит бедная лаборатория, неопределенная карьера и вечный поиск денег на исследования, молодой человек, скорее всего, посмотрит на экран с портретом академика или даже нобелевского лауреата — и пройдет мимо.